vkontakte-e1380672743685    24183856_SA

Главная / Казахстан

Казахстан

 2083101

        Республика Казахстан          

Форма правления. Республика Казахстан по Конституции представляет собой президентскую республику с действующим многопартийным парламентом, гражданским обществом, рыночной экономикой и либеральными свободами. Однако по оценкам политологов и некоторых действующих политиков в действительности Казахстан – гиперпрезидентская (суперпрезидентская) республика. Вся власть в ней по Конституции сосредоточена в руках бессменного президента Нурсултана Абишевича Назарбаева, официальный титул которого Елбасы (Лидер Нации). Титул этот пожизненный, он останется у Назарбаева, даже если его не переизберут. В последнем случае Назарбаев все равно будет наделен правом на обращение к народу и парламенту, и будущие президенты обязаны согласовывать с ним свои законодательные инициативы.

Президент в РК – официальный глава государства, главнокомандующий армии, он может объявлять военное и чрезвычайное положение, он назначает выборы в парламент и может распустить парламент, он назначает и отправляет в отставку правительство. Правительство подчиняется непосредственно ему. Президент назначает министра юстиции, который, в свою очередь, назначает судей, таким образом, они полностью подконтрольны президенту. Он – глава «партии власти» «Нур Отан» («Свет Отечества»), имеющей большинство в парламенте. Он может выпускать указы, равные по статусу законам, и без его утверждения принятые парламентом законы не имеют юридической силы. Наконец, он обладает неприкосновенностью и судебным иммунитетом, причем, пожизненно, а не только на срок президентства. Оскорбление чести и достоинства президента (за которые подконтрольные президенты суды выдают любую его критику) карается по закону.

Согласно мнению зарубежных СМИ и оппозиции внутри страны, фактически в Казахстане радикально оппозиционные силы находятся под запретом, оппозиционные политики подвергаются преследованию, СМИ цензурируются, при выборах в законодательную ветвь власти активно применяется административный ресурс. Тем не менее, речь идет не о диктатуре, а именно о гиперпрезидентской (суперпрезидентской) республике, в ней наличествуют формальные институты демократии (многопартийность, выборы в парламент и т.д.), есть оппозиция (системная, официальная, и непримиримая – в полуподполье).

Политика в Казахстане во многом определяется отношениями между жузами – родоплеменными союзами, на которые до сих пор делятся казахи (старший, средний и младший жуз). Президент официально призывает казахов преодолеть родоплеменное деление, но оппозиционные эксперты считают, что он сам выражает интересы старшего жуза и с приходом его к власти равновесие между жузами было нарушено.

Экономика. Основу экономики Казахстана составляет экспорт сырья. В Казахстане (прежде всего, западном) добывается нефть, в стране есть три нефтеперерабатывающих завода, добываются также металлы и руды, развит аграрный сектор. В структуре казахского экспорта нефть и нефтепродукты составляют 35%, металлы и руды – 35%, зерновые культуры – 9%. Контроль над экспортом нефти и нефтепродуктов (а также над гостелерадиокомпанией, рядом газет, журналов, радиостанций и банков, в том числе над банком развития Казахстана) принадлежит так называемому клану Назарбаева (куда входит старшая дочь Назарбаева – Дарига и, до недавнего времени, ее муж Рахат Алиев и зять средней дочери Назарбаева Динары Тимур Кулибаев, а также внук Назарбаева – Нурали Алиев и брат президента Булат Назарбаев). Значительная часть казахской нефти идет через трубопровод «Узень-Атырау-Самара» через территорию России, хотя в последнее время Казахстан начал экспортировать нефть в Китай (через новый трубопровод «Атасу-Алашанькоу»). Импорт Казахстана неуклонно растет (за 1990-2012 гг. вырос на 51, 3 миллиарда долларов США). Основные предметы импорта – сырая нефть, машины, продукция химической промышленности, товары народного потребления, продовольственные товары. Более 50% и экспорта, и импорта приходятся на страны СНГ и Прибалтики. На юге Казахстана распространена челночная торговля с Китаем, которая служит способом выживания для многих в этом регионе РК. На границе между Казахстаном и Китаем, в Панфиловском районе Алмаатинской области, в 2005 году создана (и с казахстанской, и с китайской стороны) зона свободной торговли «Хоргос» (официальное название – Международный центр приграничного сотрудничества), возникшая в результате соглашения между правительствами РК и КНР14. Ее цель – привлечение иностранных инвестиций в экономику Казахстана, активизация торговли между РК и КНР, увеличение поступления налогов, сотрудничество в сфере туризма. «Хоргос» столь привлекателен для бизнеса, что предприниматели из Кыргызстана принимают казахстанское гражданство и приезжают в «Хоргос».

Элиты и контрэлиты и их отношение к евразийской интеграции. Элиту Казахстана составляют президент и пропрезидентские политики, а также так называемая «системная оппозиция». Контрэлиты – «непримиримая оппозиция». Рассмотрим последовательно и те и другие, а также их отношение к евразийской интеграции.  Президент и пропрезидентские политики. Президент Казахстана Нурсултан Абишевич Назарбаев активно проповедует идеи евразийской интеграции. Поскольку же Казахстан, как говорилось – суперпрезидентская республика, то специфичная версия неоевразийства стала частью государственной идеологии РК. Еще в 1994 году Назарбаев выступил с инициативой создания Евразийского Союза – конфедеративного государства, которое заняло бы на геополитической карте место СССР.

В        РК принято говорить о том, что Назарбаев впервые поставил евразийство во главу угла политики целого государства, что он предвосхитил создание ОДКБ, ЕврАзЭС, ШОС. В определенной степени это верно. В Астане открыт Евразийский университет им. Гумилева, Казахстан регулярно проводит научные конференции по евразийству, приглашаются ведущие российские исследователи евразийства, идеологи неоевразийства. В частности частым гостем в РК является идеолог правых неоевразийцев России А.Г. Дугин, его международное движение «Евразия» легально действует в РК. В     СМИ РК активно проводится мысль о том, что существует некая казахстанская школа евразийства (неоевразийства) со своими мировоззренческими ориентирами и идеологией. Подчеркивается, что казахстанское неоевразийство имеет свою специфику, отличающую его от российского классического евразийства, и в качестве таковой называется его практическая устремленность, то есть ориентация главным образом на экономическую интеграцию, а также принцип равенства всех евразийских народов (подразумевается при этом, что российское «империалистическое» евразийство ориентировано на господство России на евразийском пространстве).            

Однако оппоненты президента из стана оппозиции имеют иную точку зрения на казахстанское неоевразийство, которую также нельзя сбрасывать со счетов. Они утверждают, что школа казахстанского евразийства за 15 лет своего существования так и не выдвинула ни крупных исследователей евразийства, ни заметных его идеологов (если оставить в стороне самого Н.А. Назарбаева): «За это время не был взращен ни один доморощенный апологет, а для того, чтобы адаптировать казахстанскую версию евразийства к его классическому пониманию и современной версии, пришлось приглашать российских евразийцев, чьи попытки натянуть «корове седло» режут слух и глаз своей двусмысленностью и конъюнктурностью». Казахстанское неоевразийство, по их мнению, не имеет идеологии, которая давала бы ответы на мировоззренческие вопросы (каковым было евразийство Савицкого, Трубецкого и Карсавина, и каковым стремится быть неоевразийство Дугина). Кроме того, критики евразийства в РК отмечают, что со временем даже такой условно евразийский заряд Назарбаева ослабевает. Заявления о евразийстве становятся все более ритуальными, конференций все меньше, зато все больше заявлений о том, что нельзя утерять независимость Казахстана, что наряду с евразийской интеграцией нужно развивать европейскую. Это тоже отражает истину. В 2012 году на бизнес-форуме в Стамбуле Назарбаев неожиданно призвал все 200 миллионов тюрков объединиться и заявил, что Казахстан 150 лет был колонией России и в силу этого казахи чуть не утеряли свою национально-культурную идентичность. На недавнем заседании Высшего Евразийского экономического совета в Минске (октябрь 2013 г.) Назарбаев предложил распустить ЕврАзЭС и передать его функции Таможенному Союзу. При этом Назарбаев предложил еще и принять в Таможенный союз Турцию, чтобы прекратить разговоры о том, что в рамках ТС объединяется постсоветское пространство. Мало кто обратил внимание на то, что тем самым Назарбаев отказался от идеи евразийской интеграции в политическом собственном смысле слова (то есть интеграции государств и обществ «срединной Евразии», то есть бывшего СССР), подменив ее аморфной интеграцией в рамках евразийского континента, которая не исключает и интеграции с Западной Европой. Символичны и слова Назарбаева, что бизнес РК критикует идеи ЕврАзЭС и ТС.Наконец, мало кто обращает внимание на то, что официальный Казахстан сокращает сотрудничество с Россией в сфере образования и наращивает его с Западом. Сегодня в вузах стран Евросоюза и США обучается 85 тысяч студентов из Казахстана, в России, странах СНГ и Китае - всего 23 тысячи. Как справедливо замечает политолог Адилет Айтикеев, через несколько лет именно выпускники западных вузов составят костяк политической и экономической элиты Казахстана, что, несомненно, повлияет на внешнюю политику этой страны. Подтверждает выводы об ослаблении евразийских мотивов в госидеологии РК и анализ новой программы правящей партии Казахстана «Нур Отан» («Свет Отечества»). Она была создана самим Нурсултаном Назарбаевым в 1999 году (как республиканская политическая партия «Нур Отан», затем народно-демократическая пария «Нур Отан»), возглавляется им, и представляет собой крупнейшую политическую силу Казахстана, стабильно имеющую большинство в парламенте (на последних выборах в Мажилис (нижнюю палату парламента РК) партия набрала 80, 99% (83 места из 107)). На международной арене сотрудничает с партиями «Единая Россия» (РФ), «Партия регионов» (Украина), КПК (Китай). Позиционирует себя как социал-демократическая реформистская партия, ставящая своей целью построение в Казахстане демократического социально-ориентированного государства. Показательно, что в новой, недавно принятой, программе партии («Доктрине») ничего о евразийстве нет, и, напротив, утверждается многовекторность внешней политики Казахстана и примат национальных интересов республики и казахского народа: «Мы выступаем за сбалансированность и многовекторность внешней политики Казахстана. Основные приоритеты внешней политики – защита национальных интересов, укрепление обороноспособности и обеспечение безопасности. Для нашей страны жизненной необходимостью и залогом устойчивого развития являются интеграционные процессы. В их основе всегда должны быть интересы народа и государства». Итак, в Казахстане на официальном уровне проводятся идеи экономической евразийской интеграции и пока это наиболее эффективно развивающийся аспект интеграции (возникновение ЕврАзЭС, ТС, перспектива создания Евразийского экономического союза), однако со временем они становятся все более расплывчатыми. Идеи интеграции политической элитой провозглашаются все реже, но даже если о них и говорят, они остаются декларациями из-за боязни руководства Казахстана утерять часть суверенитета. Несколько лучше дело обстоит с военной интеграцией, Казахстан является членом ОДКБ и входит в КСОР (Коллективные силы оперативного реагирования). Вместе с тем Казахстан является и партнером НАТО (до 2002 года в рамках программы «Партнерство во имя мира», после 2002 года в рамках программы индивидуального партнерства). Последняя программа предполагает автоматическое вступление Казахстана в НАТО в случае военной агрессии со стороны России. С 1998 года проводятся совместные казахстанско-американские военные учения «Баланс-Каяк-98» по взаимодействию военно-медицинских подразделений, несколько раз проводились совместные казахстанско-американские военные учения (на территории США и РК, самые крупные – «Степной Орел-2003»), производится подготовка казахстанских военных на базе учебных заведений США (в частности в Национальном университете обороны, академиях Вест-Пойнт, Колорадо). В 2003 году был подписан 5-летний план оборонных ведомств США и РК. В РК действует военно-техническое представительство Генштаба ВС Турции. Казахстан активно закупает оружие у стран НАТО. Таким образом, евразийская интеграция Казахстана в военном аспекте уравновешивается его сотрудничеством с Западом. Наконец, наилучшим образом обстоит дело с культурной интеграцией, заслуга чего также в значительной степени принадлежит политической элите РК. Русский язык в РК является официальным и употребляется в государственных органах наряду с государственным казахским. Русско-казахское двуязычие гарантирует часть 2 статьи 7 Конституции Республики Казахстан от 1995 года, которая гласит: «в государственных организациях и органах местного самоуправления наравне с казахским языком официально употребляется русский язык». То же гарантирует закон «О языках в Республике Казахстан». С середины 2000-х делопроизводство в госорганах официально переведено на казахский (в реальности – лишь частично), но граждане имеют право обращаться в госорганы и получать ответы и на русском. В 2007 году принят государственных проект о внедрении казахско-русско-английского трехязычия. Власть планирует, что к 2020 году казахским будут владеть не менее 95% граждан РК, русским – не менее 90%, английским – не менее 20%. Сейчас казахским владеют 60% жителей РК, около 74% понимают казахскую речь, русским владеют и понимают около 95%. Около 30% населения республики – русская диаспора, для членов которой русский язык – родной. Большинство казахов, особенно, горожан также владеют русским как родным или лучше, чем родным. По данным на начало 2000-х гг. около 50% школьников обучалось на русском языке, количество студентов, обучающихся на русском, составило около 68%. В РК транслируются передачи российского телевидения, выходит пресса на русском языке, есть сайты на русском языке в Казнете. В этом плане большинство населения РК независимо от этнического фактора ощущает себя частью евразийского русскоязычного мира. В то же время специалисты отмечают, что хотя у властей РК нет ни средств, ни сил, ни большого желания реализовать этнонационалистический казахский проект, формальные основания для него заложены в ряде я с Конституции. Более того, со временем при поддержке государства зона влияния казахского языка расширяется за счет русского (переведена на казахский государственная документация, с 2010 история Казахстана в вузах преподается только на казахском, снижается количество русских школ и увеличивается количество казахских). Такова ситуация с различными аспектами евразийской интеграции касательно позиции официальной, государственной. Но есть еще точка зрения оппозиции.

Оппозиция. В Казахстане на сегодняшний момент действует так называемая системная или, как она себя называет, «конструктивная» оппозиция, представленная в парламенте (это прежде всего, демократическая партия «Ак Жол» («Светлый путь»), и «Коммунистическая народная партия Казахстана», отколовшаяся от антиназарбаевской Коммунистической партии Казахстана) и внесистемная, «непримиримая». Рассматривать системную оппозицию нет большого смысла, поскольку какие бы лозунги она ни выдвигала (а КНПК, например, формально выступает за восстановление СССР), самостоятельной политической силой она не является. Непримиримая оппозиция включает в себя 5 сегментов:            

1) Демократический;            

2) Коммунистический;            

3) «Национал-патриотический» или казахско-националистический;            

4) Русские и казаческие организации Казахстана, которые не являются политическими партиями и движениями, но фактически выступают с определенной политической программой и преследуются господствующим режимом или, как минимум, находятся с ним в недружественных отношениях.            

5) Исламистский.

Рассмотрим их подробнее, прежде чем определить их позицию по вопросу евразийской интеграции. Демократический сегмент. До 2005 года наиболее активной демократической силой в РК была партия «Демократический выбор Казахстана» (ДВК), созданная в 2001 году. На уровне руководства она включала в себя часть политической элиты, недовольной правлением Назарбаева. В нее вошли бывший аким (глава) Павлодарской области Жакиянов, бывший депутат парламента Абилов и другие опальные высокопоставленные чиновники). В 2004 году ДВК выдвинул единого кандидата от оппозиции Акежана Кажегельдина, который по сведениям оппозиционеров набрал 40% голосов и не победил лишь за счет фальсификаций результатов голосования. Власть такую трактовку отвергает. Впоследствии Кажегильдин эмигрировал, на родине против него открыто уголовное дело. По утверждениям самой партии в нее входило до 100 000 человек. Партия ДВК выступала за демонтаж суперпрезидентской республики, за постепенный отход от сырьевой экономики и распределение «нефтяных денег» в пользу нуждающихся слоев общества, за поддержку малого бизнеса и компенсацию утерянных вкладов в Сбербанке СССР, за мораторий на продажу земель сельскохозяйственного назначения, за отмену цензуры в СМИ, свободу политических партий, выборность акимов (региональных руководителей) и других высших чиновников, освобождение политзаключенных, независимый суд, парламентскую республику, «независимую внешнюю политику» (иначе говоря, за отказ от пророссийской ориентации Казахстана). Партия имела прозападную ориентацию, пользовалась широкой поддержкой со стороны западных правозащитников и официальных организаций, а также СМИ (которые постоянно упрекали Назарбаева в преследованиях активистов ДВК). В 2005 году партия ДВК была объявлена экстремистской организацией и запрещена (а ее лидеры – Асылбек Кожахметов, Мухтар Аблязов и Галимжан Жакиянов осуждены). Были закрыты подконтрольные оппозиции СМИ – газета «Республика», телеканал «Тан». С 2004 до конца 2000-х демократическую оппозицию в РК представляли, прежде всего, две партии – «Азат», во главе с Булатом Абиловым (крупным бизнесменом, меценатом, бывшим внештатным советником Назарбаева и депутатом Мажилиса) и Жармаханом Туякбаем (бывшим спикером Мажилиса, в 2004 году ушедшим в оппозицию) и «Алга», во главе с Владимиром Козловым (известным в Казахстане независимым журналистом). Некоторое время в демократической оппозиции была партия «Ак Жол», но в 2005 году в ней произошел раскол и часть партии, сохранив то же название, перешла в так называемую «конструктивную оппозицию», перестала критиковать президента и вскоре обрела фракцию в парламенте. Новые партии сохранили те же программные лозунги, что были у ДВК. Их борьба за места в парламенте оказалась безуспешной. Партия «Алга» была запрещена в 2012 году, а Владимир Козлов арестован спецслужбами и обвинен в организации беспорядков в г. Жанаозене. Булат Аблилов в 2013 году заявил о своем отходе от политической деятельности. Банкир (банк БТА), олигарх, бывший министр, владелец оппозиционного Интернет-ресурса «ablyazov.org» Мухтар Аблязов, который единодушно признан финансистом демократической оппозиции, подвергся в 2010 году уголовному преследованию и эмигрировал. Коммунистический сегмент оппозиции представлен Коммунистической партией Казахстана. КПК создана в начале 90-х, официально зарегистрирована в 1998 году. Ее бессменным лидером до 2010 г. оставался Серикболсын Аблильдин, с 2010 года его место занял Газиз Алдамжаров. Входит в Союз коммунистических партий – КПСС, возглавляемый Г.А. Зюгановым. Выступает за интернационализм и построение в Казахстане демократического социалистического государства. На выборах в парламент (Мажилис) 2004 года объединилась с оппозиционным «Демократическим выбором Казахстана» и рядом других партий в единый блок («Народный оппозиционный союз коммунистов и ДВК») и вошла в Координационный совет демократических сил Казахстана, в результате лишилась парламентской фракции (тогда же от нее отделилась проназарбаевская «Коммунистическая народная партия»). В 2009 году партия приняла участие в создании оргкомитета оппозиционных партий (где кроме коммунистов были представлены партии «Азат», «Алга» и социал-демократическая партия). В 2011 году партия приняла участие в незарегистрированном движении «Народный фронт», за что ее деятельность была временно приостановлена, в 2012 году партия была объявлена экстремистской организацией и теперь действует в подполье. Националистический сегмент. В конце 80-х – начале 90-х гг. организации казахских националистов (историко-этнографическое объединение «Жеруюк» и др.), особенно молодежные, много сделали для отделения Казахстана от СССР и провозглашения независимости. Первая казахская конституция отличалась большим радикализмом в этом отношении и содержала попытку легитимизировать понимание Казахстана как государства казахов, так, в преамбуле она содержала упоминание о «незыблемости казахской государственности». Однако нереальность этих попыток была ясна даже казахским националистам, ведь в начале 90-х гг. казахи составляли меньшинство в РК, среди них казахоязычными были в основном жители деревень. К власти пришли представители бывшей партийной номенклатуры, которые провозгласили, что Казахстан – государство для всех народов и объявили, что будут строить полиэтническую казахстанскую нацию. В Конституции 1995 года уже не было упоминаний о казахском государстве, а лишь о народе Казахстана, правда, живущим на исконной казахской земле. Государство взяло курс на подавление казахского национализма и провозглашение идей равноправия всех этносов Казахстана. При том, в качестве «утешительного приза» националистически настроенным представителям элит было уступлено понимание Казахстана как государства, которое одновременно реализует право на самоопределение казахов, и при этом защищает интересы всех народов многонациональной республики (это утверждала «Концепция формирования государственной идентичности Республики Казахстан» 1996 года). В 2000 году Назарбаев выступил с еще более жестким заявлением о том, что ядром культуры Казахстана должна стать казахская культура. Однако, по видимому, это максимум националистических тенденций, которые может позволить себе подчеркнуто ненационалистический современный казахстанский режим. Как бы то ни было, к откровенным националистам, даже казахским, он настроен враждебно. Правда, некоторое время казахско-националистические организации существовали в оппозиции, жестко противопоставляя себя режиму (называя его компрадорским) и либеральной оппозиции (называя ее космополитической и обвиняя в том, что она реализует за деньги волю западных держав). Сюда можно было отнести «Народный фронт Казахстана «Казак Мемлекети»», Общенационально-патриотическое движение Казахстана. Лидерами последнего, объединяющего в себе все крупные группировки националистов, были преследовавшийся в СССР писатель-диссидент Каришал Асан-Ата и бывший депутат, советник вице-президента, владелец собственного фонда Дос Нурахмет. В 2007 году национал-патриоты объединились в партию «Халык рухы» (руководитель – Мухтар Шаханов) с умерено национал-демократической программой. Однако постепенно и национал-патриотический сегмент был нейтрализован. Лидер Народного фронта Казахстана «Казак Мемлекети» Арон Атабек в 2006 году был осужден за участие в беспорядках. В 2011 Мухтар Шаханов перешел в партию «Руханият». Сегодня казахско-националистический сектор оппозиции не представлен сколько-нибудь заметными движениями и партиями. В Казахстане существует государственный запрет на создание политических партий, объединяющих граждан по национальному признаку. Тем не менее, политологи утверждают, что парадокс в том, что организаций казахских националистов в РК нет, а сам казахский национализм и националисты (в Казахстане их называют «нацпаты» - национал-патриоты) присутствует и даже растет и грозит вскоре породить, наконец, политическую организацию. В Казахстане несколько крупных общественных деятелей националистической ориентации, которые не занимаются партстроительством, а пропагандируют свои взгляды через СМИ. Это Мухтар Тайжан, Айдос Сарым и другие. Их претензии к властям сводятся к тому, что Акорда недостаточными темпами проводит казахизацию. Они возмущены широким распространением русского языка в РК, незнанием казахского многими казахами, наличием двух языковых миров, жители которых только географически находятся вместе. По мнению казахских националистов, полиэтническая политическая казахстанская нация так и не возникла. Они выражают надежду на то, что постепенная эмиграция русских приведет к тому, что к середине XXI века Казахстан в основном станет казахским, и тогда можно будет строить новую урбанистическую современную казахскую нацию. Националисты считают, что к тому времени предоставление казахского гражданства можно будет увязать с экзаменом по государственному языку. Казахские националисты враждебно относятся к советскому прошлому, считая, что казахская нация чуть не погибла в ходе коллективизации, а затем подвергалась ассимиляции, враждебно они относятся и к России, считая, что с ее стороны существует угроза империалистического реванша. Следует заметить, что существует сегмент казахских националистов, которые не выступили против Назарбаева и формально объявляют себя его сторонниками. Они представлены в государственных органах и образуют там националистическое лобби, которое постепенно проводит казахизацию (внедрение казахского языка в делопроизводство и коренизацию в кадровой политике). Для них свойственно стремление не столько критиковать президента РК и его политику в национальном вопросе, сколько, внешне соглашаясь с ним и даже восхваляя его, переиначивать декларации и трактовать действия президента РК в нужном им ключе. Так, внешне поддерживая евразийство Назарбаева, казахские националисты затушевывают тему интеграции Казахстана с Россией и славянскими республиками бывшего СССР и выдвигают на первый план интеграцию с республиками Центральной Азии (на религиозной и пантюркистской базе), а также рассматривают евразийство как интеграционный проект для самого полиэтнического Казахстана. При помощи евразийской риторики они стремятся минимизировать протесты неказахской (прежде всего русской) части казахстанского общества против казахизации и реализовать проект этнонационалистического казахского государства с довеском бесправного полиэтнического гражданского общества. Русские организации. Диаметрально противоположные позиции занимают оппозиционные представители русской диаспоры в РК. Русские в Казахстане даже после миграции значительного их количества в 90-е и 2000-е составляют самую большую после казахов этническую общность – около 23% населения. Наиболее велико присутствие русских в Северном Казахстане, который исторически был местом проживания уральских казаков. Русские представлены в органах власти, но непропорционально их численности: после провозглашения независимости основные руководящие должности были заняты казахами. Зато русских очень много в сфере бизнеса и масс-медиа. Отношения между русскими и казахами, в основном, складываются толерантно, имеется много смешанных браков, за всю историю независимого Казахстана не было крупных межнациональных столкновений между ними, хотя это не значит, что не существует проблем в этой области. В Казахстане действует ряд русских и казачьих организаций (самые крупные - Общественное объединение «Республиканское славянское движение «Лад»» (РСД «Лад»), Русская община Казахстана, Русская партия Казахстана), имеющих свои СМИ. Русские организации критикуют государство за «ползучую казахизацию», требуют предоставления русскому языку статуса второго государственного, резко критикуют казахских национал-патриотов. Одни из самых острых вопросов в полемике между казахскими националистами и русскими общественниками – языковой и кадровый. Казахские националисты упрекают русских в нежелании учить государственный язык (действительно, среди русских Казахстана казахским языком свободно владеет лишь около 6%), русские общественники в ответ упрекают казахских националистов в антирусской кадровой политике государства. Исламисты. Казахи – мусульмане-сунниты ханафитского мазхаба. Уровень религиозности в их среде не очень высок. Но в последние годы в Казахстане стали появляться джамааты радикальных мусульман, причем особенностью казахского радикального ислама является мирное сосуществование группировок, которые в остальном мире жестко враждуют (салафиты, «Хизб-ут-Тахрир», «Братья -мусульмане»). Они – не просто в враждебны государству, это – вооруженная оппозиция нынешней власти. Их цель создание – халифата на территории Казахстана и прилежащих стран (отсюда их стремление поддерживать связи с российскими и среднеазиатскими исламистами). Казахстанское государство в лице силовых служб успешно преследует их, тем не менее, их опасность растет. Теперь обратимся к взглядам названных сил по вопросу евразийской интеграции. Собственно сторонниками таковой среди них являются большей частью русские организации, чья заинтересованность в более тесных отношениях с Россией понятна. Коммунисты (КПК) тоже на словах выступают за евразийскую интеграцию, но понимают они ее специфично – как возврат в СССР. Поскольку очевидно, что в прежнем формате он невозможен – в реку истории не входят дважды, интеграционные декларации коммунистов остаются лишь декларациями, а их сотрудничество с демократической прозападной оппозицией даже ставит их в ряд реальных противников интеграции. Демократы и национал-патриоты выступают резко против евразийской интеграции, в какой бы то ни было форме, только с разными мотивациями. Демократы говорят о том, что не следует сближаться с такой авторитарной и антизападной страной, как путинская Россия, нацпаты считают, что интеграция приведет к утере независимости РК. Оппозиция критикует Назарбаева даже за экономическую интеграцию с Россией. В марте 2013 оппозиция попыталась инициировать референдум о выходе Казахстана из Таможенного Союза. Одним из главным аргументов было утверждение, что нахождение в ТС ведет к поглощению казахской экономики «более сильной» российской и росту цен на внутреннем казахском рынке из-за ослабления потока товаров из Китая. Один из инициаторов референдума Булат Абилов заявил российской прессе, что 70% населения РК являются противниками нахождения РК в ТС, что противоречит данным соцопросов. Однако оппозиция не смогла собрать нужное по закону количество подписей для инициирования референдума. В январе 2014 года национал-демократическая оппозиция Казахстана попыталась создать движение под знаковым названием «Антиевразийский Союз». Его главной целью руководители движения считают противостояние сближению Казахстана и России и утверждение европейского вектора внешней политики Казахстана. В состав движения сразу же вступило около 1000 членов. По словам казахстанских СМИ: «Основной костяк движения составляют политики национал-патриотического толка, среди которых Айдос Сарым, Мухтар Тайжан, Серикжан Мамбеталин, и ряд представителей интеллигенции Рысбек Сарсенбайулы, Канат Ибрагимов, Инга Иманбай». Движение поддерживается предпринимателями, которые потерпели убытки от вступления Казахстана в Таможенный союз. Перспектив юридической регистрации и перехода на легальное положение у АЕС, видимо, немного. Российский эксперт Д.Г. Михайличенко расценивает этот антиевразийский проект как очередную попытку разрозненной казахстанской оппозиции сплотиться, приумножить свой политический капитал и в то же время с тревогой отмечает, что активизация антиевразийства у оппозиционеров отчасти коррелирует с охлаждением к евразийскому проекту со стороны Н.А. Назарбаева. Резко обострились антироссийские настроения в среде казахстанской оппозиции после присоединения Крыма к России. В то время как официальная Астана фактически поддержала Путина в этом вопросе, заявив, что с пониманием относится к волеизъявлению народа Крыма и к решению Российской Федерации (хотя эксперты отмечали, что этому заявлению предшествовало многозначительное и долгое молчание Астаны), риторика казахстанской оппозиции совсем иная. Казахская интеллигенция с настороженностью восприняла слова Эдуарда Лимонова о праве России на земли Северного Казахстана. Сайт Мухтара Аблязова с иронией комментирует позицию официальной Астаны, заявляя, что Казахстан, поддержав Путина в крымском вопросе, попал в «клуб изгоев». Статья на этом сайте, в которой комментируются итоги крымского референдума, носит знаковое название «Ученики Чурова». На сайте «Загранбюро оппозиции Казахстана» помещено интервью дипломата и блогера Казбека Бейсебаева, где проводится мысль, что Казахстан должен сделать выводы из ситуации с Украиной и осознать, что его интересы могут противоречить интересам России. Статья называется «А завтра Россия придет в Казахстан?». Оппозиция в бизнес-сообществе. Господствующий в Казахстане клан Назарбаева, контролирующий экспорт нефти за рубеж, настроен евразийски. Можно предположить, что евразийство Назарбаева в качестве экономической подоплеки и имеет стремление облегчить прохождение казахской нефти через территорию России. Что же касается той части бизнес-сообщества РК, которая работает на внутреннем рынке, то ее настроения ближе к оппозиционным. Оппозиция охотно цитирует выступление вице-президента независимой ассоциации предпринимателей Казахстана Тимура Назаханова, который в 2013 году заявил, что основные выгоды от ЕврАзЭС получают Россия и Белоруссия, малый и средний бизнес Казахстана – в убытке, так как не может выдержать конкуренции с российской продукцией. Кроме того, на юге Казахстана, где распространена челночная торговля с Китаем и находится зона свободной торговли «Хоргос», вступление Казахстана в ТС также не пользуется поддержкой, а сотрудничество в экономической сфере там усиливается. Естественно, у этой части бизнес-сообщества РК стремление к интеграции с Россией невысокое.

Население и его отношение к евразийской интеграции. В Казахстане по данным на 2013 год проживает около 16 909 тысяч человек. Более 63% населения составляют казахи, около 24% – русские, среди других крупных национальных общин – узбеки (2,8%), украинцы (2,1%), уйгуры (1, 4%), татары (1, 3%) и немцы (1,1%). Численность казахов (за счет естественного прироста и миграции из стран СНГ) растет, численность русских (за счет естественной убыли и выезда в РФ) падает. В городах проживает 56% населения РК. По данным 2008 года более половины жителей Казахстана (51%) желали объединения с Россией, 32% казахстанцев считали, что страна не нуждается в объединении с каким-либо другим соседним государством. При этом 67% граждан Казахстана наиболее дружественной к Казахстану страной назвали Россию, 27% – Кыргызстан, 21% – Беларусь, 20% – Узбекистан. В 2012 году уже 74% казахстанцев отозвались о России как о дружественной стране, которая играет положительную роль в регионе (и 31% главной угрозой признали Китай). По опросам 2011 года 52,5% казахстанцев поддерживали присоединение РК к Таможенному Союзу, 11,4% выступали против, 22,9% затруднились ответить. Наиболее позитивно присоединение к ТС воспринимает население прилегающей к России Костанайской области (75,5%), наиболее негативно – респонденты Атырауской области (37,5% против), жители Алматы больше, чем жители других регионов, затруднялись с ответом. Горожане больше поддерживают интеграцию с ТС, чем сельчане. Разумеется, общественное мнение в Казахстане изменилось в связи с событиями на Украине и присоединением Крыма к России (что видно из начавшегося идейного брожения в казахстанском гражданском обществе). К сожалению, отсутствуют какие-либо социологические исследования в этом направлении, поэтому трудно делать какие-либо выводы.

Выводы. Политическая элита Казахстана занимает в вопросе евразийской интеграции двойственную позицию. С одной стороны, президент Назарбаев сам провозгласил необходимость объединения России и Казахстана совместно с некоторыми другими бывшими республиками СССР в Евразийскую конфедерацию. С другой стороны, вся дальнейшая политика Астаны состояла в снижении градуса евразийства, в стремлении уравновесить евразийский вектор проевропейским и проамериканским. Астана охотно участвует в экономической евразийской интеграции, а также в военных евразийских проектах России и ее соседей, но чем дальше, тем больше тормозит интеграцию политическую. А после присоединения Крыма к России, которое, надо полагать, было одобрено казахстанским руководством не без призыва со стороны России, думаем, следует ожидать усиления «многовекторной политики» под общие слова о «единстве с Россией». Точка зрения оппозиции Казахстана по этому вопросу еще более негативная, так что, если после Назарбаева в Казахстане к власти придет какая-либо оппозиционная коалиция, следует ожидать некоторого спада экономической интеграции. Вместе с тем залогом возможного успеха интеграции с Казахстаном является низкий градус казахского национализма в РК, сильное влияние русской культуры (наличие большой русскоязычной общины). При сохранении нынешнего режима (при Назарбаеве или его преемнике) и при наличии благоприятных геополитических условий возможно углубление интеграционных процессов и тенденций.

  Источник: Отношение к евразийской интеграции в государствах Центральной Азии: аналитический доклад / Р.И. Мурзагалеев, Р.Р. Вахитов, Д.Г. Михайличенко. - Уфа: РИЦ БашГУ, 2014. – 74 с.